Валерия Гонтарева: Голосов за мое увольнение будет очень много

0
51
Валерия Гонтарева
Валерия Гонтарева


Валерию Гонтареву никто не видел в Украине уже больше 9 месяцев. Именно столько времени прошло с того момента, как она ушла в отпуск. Когда я проходил мимо Национального банка и увидел ее фотографирующейся на фоне здания, не мог не остановиться и не задать пару вопросов, ее цитируют Украинские новости.

В целом, отпуск Гонтаревой пошел на пользу, она излучает уверенность и оптимизм. Рассказала, что готова к докладу в Верховной Раде, и требует наконец-то освободить ее от занимаемой должности. О том, как глава НБУ проводит свой отпуск и чем собирается заняться после увольнения, Гонтарева рассказала в интервью Українським Новинам.

Валерия Алексеевна, здравствуйте. Рад вас встретить у стен Национального банка. Вы проездом?

После подачи вчера представления Президента на мое увольнение я готовилась сегодня докладывать в Верховной Раде, ждала, когда меня вызовут, надела красивую белую рубашку. Надеялась, что наконец-то меня уволят, но не тут то было. Мне же на речь нужно 10 минут всего лишь.

Вы не возражаете, если я задам пару вопросов, вас же никто не видел уже 9 месяцев. Можете объяснить, почему Президент не вносил представление о вашем увольнении 9 месяцев?

Вы же понимаете, что не проблема в том, чтобы уволить Гонтареву. Голосов за мое увольнение будет очень много. Проблема, как всегда собрать коалицию и назначить нового главу. Вот пришел этот день, когда голоса уже есть. Я очень надеялась, что это произойдет сегодня, сидела, ждала со своим докладом о проделанной работе. Вот посмотрите (показывает доклад)

В прошлый раз вам депутаты не дали закончить выступление.

Вы знаете, я была уверена, когда писала доклад, что не дочитаю и до третьей страницы. Но тем не менее, он у меня есть и это 14 страниц.

О чем будете рассказывать?

Не ожидайте от меня чего-то, чего я не говорила в апреле на пресс-конференции, когда объявила об уходе. Там я подвела итоги своей работы в Национальном банке.

Теперь вопрос переносится на февраль?

Я думаю, что продолжать так дальше невозможно. Нужно, в конце концов, меня отпустить. Это важно для Национального банка. Там 5 тыс. человек работает. Нужно, чтобы люди были мотивированы, чтобы реализовывали стратегию, чтобы у них был лидер.

Вы очень хорошо выглядите. Где-то отдыхали?

Целый июнь, я как планировала, восстанавливала силы в Индии. После этого я с сентября нахожусь в Киеве. Летом еще ездила с детьми и внуками на море.

В Киеве вас видели на одной из выставок.

Я как человек свободный постоянно посещаю выставки, театры. Кстати, во вторник была в театре на Левом берегу. К сожалению, я 9 месяцев нигде не могу работать и не могу заниматься профессиональной деятельностью, потому что де-юре я до сих пор являюсь главой Национального банка, хотя де-факто я перестала им быть еще 10 мая.

Вы по работе скучаете?

Вы знаете, у меня уже есть собственные планы, чем я хочу заниматься. Приоткрою тайну, это, скорее всего — стартапы. У меня уже есть идеи на эту тему. Понимаете, если у вас есть глобальная идея, то вы можете ее имплементировать в Украине. У нас много компаний, которые могут заниматься подготовкой программного обеспечения этих стартапов, но идея любого начинания может масштабироваться и глобально.

Вам поступали предложения по работе?

Я вам скажу, что те предложения, которые поступали, меня не интересовали совершенно.

Управлением активов уже не хотите заниматься?

Я, действительно, хотела раньше заниматься управлением активами и даже на международном уровне я видела компанию, где бы я хотела этим заниматься.

BlackRock?

Вот видите, вы даже знаете название. Вопрос в том, что я после работы в Национальном банке не могу минимум год работать в таких организациях и это факт. Поэтому у меня есть задача. Я за 9 месяцев поняла, чем хочу в жизни заниматься. Еще я буду писать research, и не один. Тематика у меня уже есть, будем писать с международными организациями.

О чем будет research?

У меня уже есть план research — детальный handbook,  как делать большую банковскую реформу и трансформацию Центрального банка.

Может, слышали, что сейчас готовится книга о Приватбанке.

Мне поступали предложения по поводу книги. Вопрос в другом. На мой взгляд, до выхода книги произойдет еще немало событий. Вы, наверное, видели недавно результаты расследования Kroll. Поэтому сейчас в истории Приватбанка точка еще не поставлена.

Вас не удивил отчет?

Они подтвердили все то, что Национальный банк говорил ранее. Национальный банк —  не полиция и не прокуратура. Национальный банк готовит отчеты, где говорит о том, что есть недостаточность капитала. Первый раз, когда я говорила публично об этой проблеме, в банке была недостаточность — 146 млрд грн. После национализации EY (Ernst&Young) показал еще 38 млрд грн. Вы понимаете, о каких суммах мы говорим?!  Национальный банк может говорить, что кредитный портфель в плохом состоянии, что в капитале есть дыра, что активы были выведены. А вот forensic audit может подтвердить «сколько, куда, когда и сколько».

Как вы думаете, эта история чем-то хорошим для государства Украина закончится?

Конечно, да. Я в это верю.

Вопрос только когда?

Лондонский суд уже начал рассмотрение, результаты расследования Kroll готовы. Все идет по плану.

Коломойский не пытался с вами связаться?

Нет, не пытался. Я думаю, он прекрасно понимал, что со мной связываться плохо.

В международной прессе недавно появились расследования относительно вашей бывшей компании. Думаете его рук дело?

Текст, в котором упомянуто 500 названий непонятных компаний и имен, с легкостью был использован для манипуляций на знакомом украинскому рынку названии брокерской компании ICU. Понятно, что это спланированная акция для дискредитации не только Гонтаревой. Кем спланированая? Сказать тяжело. Предполагаю, что тем, кем вы сказали.

Стоит ли проводить forensic audit в других банках-банкротах?

Я считаю, что если наши правоохранительные органы не имеют такой квалификации, то в мире существуют такие компании как Kroll, которые могут помочь. Да, их услуги недешевые, но я считаю, что 14% ВВП, которые были потрачены на то, чтобы очистить банковскую систему, того стоят.  Более того, если вы помните, из 90 банков которые мы вывели, 20 банков были выведены по финмониторингу исключительно за отмывочную деятельность. Вот они и занимались отмывкой и выведением денег из страны.

В Национальном банке вы были двигателем многих изменений. Как вы считаете, Яков Смолий сможет продолжить ваше дело?

Однозначно, более того, я очень рада констатировать, что политика НБУ за 9 месяцев, которые Яков Васильевич ведет вперед нашу команду, не изменилась. Когда я уходила, я говорила, что институционально в Национальном банке выстроена новая организация. Я не только в это верила, это было на самом деле, и это показывает Яков Васильевич сейчас. Та работа, которую Яков Васильевич провел за 9 месяцев, показала, что нет сомнений в его компетенции. Сегодня ровно год, как я в Давосе передала Президенту shortlist кандидатов. Там было 2 фамилии — Смолий и Лавренчук.

У Смолия есть программа?

Конечно, не то, что программа – стратегия есть.

Назовите направления, где нужно Смолию сосредоточить работу.

У НБУ есть несколько стратегических целей – среди них валютная либерализация, стратегия госбанков, ну и конечно, в  первую очередь, стабильная и эффективная банковская система.

Также я считаю, что Национальный банк продвинулся в работе по возобновлению кредитования. Я слушала презентацию Екатерины Рожковой. У нас в розничном кредитовании сейчас есть прогресс. Нужно работать с NPL также. Там же ситуация пока не сдвинулась. Бывшие собственники банков: Лагун, Жеваго, Бахматюк не вернули ни копейки. Если правосудие не восторжествует, не будет кредитования бизнеса.

Не могу не спросить, есть ли жизнь после МВФ? Нужна ли Украине новая программа?

Давайте не начинать новую, у нас эта программа не закрыта. Давайте лучше активизируем усилия и войдем в программу, и как минимум до 2019 года будем жить в этой программе. Понятно, что сегодня накопившееся количество невыполненных условий по программе растет как снежный ком, и этот рост надо остановить, расчистить этот снег и быть в программе.

Я считаю, что для финансовой стабильности было бы очень хорошо еще одну программу иметь. Но давайте пока эту выполним. Если вы берете обязательства и их не выполняете, то кто с вами будет подписывать следующую программу. Это нонсенс.

Вы же понимаете, что за год до выборов не будут приняты непопулярные реформы.

Вы видели, как вчера проголосовали закон о приватизации, который раньше не могли принять? Закон о приватизации это не земельная реформа. По-моему, наш Президент очень правильно приводил примеры стран, где нет земельной реформы. И  популизм некоторых горе-политиков просто нужно остановить. Людям надо иметь возможность распоряжаться собственной землей, потому что она у них де-факто есть, а де-юре они с ней ничего сделать не могут. Это безобразие и поэтому я думаю, что к проведению земельной реформы надо возвращаться.

Назовите свою главную победу в НБУ и главный просчет.

Главная победа — это все-таки институциональная перестройка НБУ. Вы же понимаете, что когда я говорю, что это уже не one man show, то перечисляю комитеты: комитет по надзору, кредитный комитет, монетарной политики, финансовой стабильности. Вот сейчас, к примеру, все правление НБУ находится на комитете финансовой стабильности. Если кто-то думает, что сегодня можно что-то в Национальном банке решить единолично, то это не так. Как тяжело мне было построить такую систему, я наверное, расскажу позже. Самое сложное время — это начало сентября 2014 года, когда у нашей страны «оторвали руку» — Крым. Но крови было мало, и потом «оторвали ногу». 15% ВВП, 30% валютной выручки . И эта истекающая кровью страна в полной панике, потом Иловайск… Это самое сложное время было. Вполне может быть, надо было еще больше с самого начала вводить ограничения и делать это смелее. Но я человек, который пришел с рынка и который проповедовал свободный рынок. Мне решения по ограничениям очень тяжело давались. Что касается банковской реформы, то опять же, первый стресс-тест, который мы проводили в 2014 году, был очень усеченный и не в полной мере раскрыл все проблемы. Новая методология и реформы 2015—2016 годов позволили нам реально сделать очистку банковской системы, а банкам увеличить капитал на 291 млрд. Теперь банковская система Украины — одна из лучших в мире, и мы можем ею гордиться.

 

Загрузка...

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.