«Трое бойцов сгорели в палатке, а еще 11 лежали в поле»: 5 лет назад ВСУ понесли первые масштабные потери (фото, видео)

0
597


22 мая 2014 года диверсионная группа оккупантов напала на блокпост 51-й отдельной механизированной бригады Вооруженных Сил Украины под селом Благодатное Волновахского района Донетчины. В ходе тяжелого боя из 55 бойцов невредимыми остались лишь четверо. 14 погибли на месте и еще четверо скончались от полученных ранений в больнице, 33 были ранены. Это были первые масштабные потери украинской армии. Ответственность за «акцию» взял тогда на себя российский эфэсбэшник Игорь Безлер («Бес»).

Участники тех трагических событий поделились своими воспоминаниями с «ФАКТАМИ».

«Кавказцы обыскивали раненых: «Зачем приехал на наша земля?»

— Военные эксперты одной из причин трагедии считают не совсем удачную дислокацию блокпоста под Благодатным и отсутствие инженерного оборудования позиций. Почему не успели окопаться?

— Перед нашей бригадой была поставлена задача создать девять блокпостов — между несколькими населенными пунктами в Волновахском районе, заслонив таким образом от возможного нападения город-порт Мариуполь и Волноваху, — рассказывает бывший начальник штаба 51-й бригады Николай Андрощук. — Местное население, зомбированное российской пропагандой, не пропускало нас: перегородили дорогу машинами, бросались на бронетехнику. В итоге мы не смогли зайти в Волноваху. Поэтому командование бригады приняло решение расположиться вне населенного пункта, чтобы избежать конфликтов. Пособники боевиков снимали расположение наших позиций на мобильные, обзывали ребят «оккупантами» и «мясом, брошенным на убой». Они фотографировали нас открыто или прятались за спинами бабушек-кликуш. А те причитали: «Чего вы сюда приперлись? Мы хотим жить нормально. Мы уже задолбались кормить вас и ваш Киев. Вы приехали нас убивать».

Блокпост мы поставили у дороги. Передислоцироваться было особо некуда. Материалы для возведения укреплений у нас имелись, успели окопаться.

— Спустя два дня на нас напали, — продолжает Николай Андрощук. — Я приехал на блокпост за три часа до атаки. Тоже попал в замес, получил ранение в ногу. Медикам пришлось заменить мне восемь сантиметров бедренной кости. Вернулся в строй лишь спустя год.

Тогда многие бойцы получили тяжелые ранения. На этом война для большинства необстрелянных мобилизованных бойцов закончилась.

Кстати, не исключено, что нападение на блокпост не случайно произошло за три дня до выборов президента Украины (они прошли 25 мая 2014 года. — Авт.).

— Был ли выставлен дозор той ночью?

— Я лично выставил наряд, — объясняет бывший командир взвода блокпоста под Благодатным Дмитрий Шостак. — Но диверсанты, напавшие на нас в половине пятого утра, первым делом застрелили часовых. Нас атаковали с двух сторон — с дороги и обеих лесополос, между которыми мы находились.

Местные жители, сочувствовавшие нам, подвозя воду и еду, предупреждали о готовящемся нападении: «Вас будут здесь убивать». Я рассказал об этом командиру батальона Леониду Полинкевичу, мол, надо бы передислоцироваться. Но он ответил, что у нас приказ стоять тут. А на следующее утро Леня погиб. Ему было всего 27 лет…

К вечеру накануне той роковой ночи я уже двое суток находился на ногах. И когда командир блокпоста Роман Шерстюк отправил меня отдыхать, пообещав разбудить в случае тревоги, мгновенно забылся тяжелым сном. Проснулся от звуков стрельбы и взрывов. В палатке надо мной зияла огромная дыра. Схватил автомат и выскочил. По нам прямой наводкой стреляли из автоматов, пулеметов, реактивных гранатометов. Мы открыли ответный огонь. Бой длился минут 15. Когда загорелись две подбитые БМП и две санитарные машины, кто-то из боевиков прокричал: «Дайте команду прекратить огонь, и мы оставим вас в живых».

Начальник штаба бригады Николай Андрощук взял на себя ответственность и дал такую команду. Сам он к тому моменту был серьезно ранен. Тяжелые ранения получил и Роман Шерстюк — четыре пулевых и одно осколочное (пострадали обе руки, ключица, нога, лицо). Он был весь в крови. А Лене Полинкевичу, который находился в бронемашине, осколком снесло полголовы…

Ответственность за убийство украинских бойцов взял на себя российский эфэсбэшник Игорь Безлер

— Увидев врагов совсем близко, я отметил, что они одеты в черную военную форму, камуфляж и «гражданку», но все с военной выправкой, — рассказывает Дмитрий Шостак. — Явно российский спецназ. Были среди них и выходцы с Кавказа. Они обыскивали раненых: «Зачем приехал на наша земля?» Некоторых раненых пинали ногами, говоря при этом: «Мы будем молиться за вас».

Впрочем, бродили по полю боя они недолго. Один из боевиков спросил у своего командира, указывая на нас: «Что будем с ними делать?» Тот ответил: «Пусть валяются, уезжаем. А то их танчики скоро подъедут». Действительно, подкрепление было уже в пути, однако требовалось время, чтобы добраться до блокпоста.

Боевики попробовали завести уцелевшую бронемашину, но не смогли. Так что уехали на своих джипах, а инкассаторские машины, которые тоже у них имелись, побросали.В ходе тяжелого боя из 55 бойцов невредимыми остались лишь четверо

В ходе тяжелого боя из 55 бойцов невредимыми остались лишь четверо

— Бойцы, которые держались на ногах, выдвинулись к населенному пункту, где можно было получить помощь, — вспоминает Дмитрий Шостак. — Романа Шерстюка пришлось тащить метров 200 на бушлате подальше от поля боя, поскольку начали взрываться боеприпасы в бронетехнике, а разлет осколков был большой.

Тут прилетели наши боевые вертолеты. Пилоты явно не владели обстановкой: подрыв боекомплекта в одной из горящих БМП приняли за стрельбу противника и… добили нашу заглохшую «бэху». Вертолетчики открыли огонь из пулеметов и дали залп неуправляемыми ракетами. К счастью, легко задело лишь одного бойца.

Романа и других раненых забрали подоспевшие на «скорых» медики. Мне с еще одним бойцом места в «скорых» не хватило, и нас в районную больницу на своей «Шкоде» отвез местный участковый. Позже я выяснил, что его зовут Владимир Федорченко. Он до сих пор работает в полиции.В 2016-м на месте гибели бойцов установили стелу

В 2016-м на месте гибели бойцов установили стелу

— А первым начал эвакуацию раненых с поля боя дедушка из соседнего с Благодатным поселка Владимировка, — говорит Дмитрий Шостак. — Услышав взрывы и увидев зарево из окон своей квартиры, он сразу выехал к нам на своей черной «Волге». Спустя два года мы узнали, что зовут этого человека Виктор Николаевич Власов.

Сотрудники райбольницы боялись, что боевики их перестреляют за помощь украинской армии. Меня в тот же вечер отправили вертолетом в Харьков. А несколько солдат и офицеров, оставшихся в больнице на ночь, потом рассказывали, что враги засылали своих казачков, чтобы выведать, есть ли тут украинские бойцы. Но медики никого не выдали.

«Раненые стонали, просили водички. А у одного убитого в кармане зазвонил телефон»

«ФАКТЫ» разыскали жителя Владимировки, который первым бросился на помощь нашим бойцам и вывозил их с поля боя на своей «Волге».

— Виктор Николаевич, помните, «ФАКТЫ» с вами связались прямо в тот роковой день?

Виктор Власов на своей машине вывез с поля боя восьмерых раненых бойцов

— Ой, название издания я забыл, — отвечает 68-летний Виктор Власов. — Но тот звонок был единственным от представителей центральной прессы. Еще местные журналисты приезжали. Затем два года никто обо мне не вспоминал. Это теперь уже я звезда. Хлопцы из 51-й бригады (она дислоцировась в Луцке) разыскали меня и в мае 2017 года вручили орден «Народный герой Волыни» II степени.Виктор Власов на своей машине вывез с поля боя восьмерых раненых бойцов

— Ежегодно у стелы, установленной в 2016-м на месте гибели ребят, проходят траурные митинги, — продолжает Виктор Николаевич. —А в прошлом году в память о погибших защитниках Украины в Волновахе построили храм Святого Николая Чудотворца. Каждый год туда приезжают представители администрации Волынской области, народные депутаты, однополчане и родители погибших. Получал я приглашения и на День города в Луцк, но для меня это очень затратный и нелегкий путь. Вот если бы кто-то подвез…

В нынешнем году 19 мая я тоже был на траурном митинге. Телевизионщики меня прямо атаковали. А мне так тяжело все это все вспоминать…

Когда я подъехал к блокпосту, там все еще стреляли люди в черной форме с георгиевскими ленточками. Затем они попрыгали в три черных джипа и уехали.

Мамы погибших солдат в храме Святого Николая Чудотворца

— Зрелище было страшным, — вспоминает Виктор Николаевич. — Бронетехника горела, от нее занялись инкассаторские машины. Начали детонировать боекомплекты. Трое бойцов сгорели прямо в палатке, еще одиннадцать лежали в поле метрах в пяти друг от друга. Раненые с перебитыми руками и ногами на моих глазах истекали кровью. Они стонали, просили водички. А у одного убитого в кармане зазвонил телефон. Какой-то боец достал этот мобильный, посмотрел на монитор и не стал отвечать. «Комбату звонит мама…» — объяснил он.

Родители бойцов каждый год приезжают на место их гибели

— В тот день я сделал три ходки на своей «Волге», — рассказывает собеседник. — Вывез восьмерых бойцов. Весь пол машины был залит кровью.

Доставил раненых в нашу поселковую больницу. Но медсестры, увидев ранения бойцов, тут же вызвали «скорую» из центральной районной больницы в Волновахе. А я ведь забирал лишь тех, кто мог сидеть в салоне машины. Тяжело раненных брать не рисковал.

Помню бойца, у которого рука висела на лоскуте кожи. У другого в бедре зияла дыра сантиметров 8−9 в диаметре. Это был Николай Андрощук.

Он приезжал на митинг 19 мая. Я очень удивился, узнав, что он вернулся в строй и до недавнего времени находился на фронте. Да и Роман Шерстюк тоже, оказывается, воюет до сих пор…

Траурный митинг 19 мая 2019 года

— Помню, когда на сожженные позиции приехало военное руководство страны, какой-то генерал попросил: «Покормите ребят. Разрешаю им даже водочки выпить», — говорит Виктор Власов. — Ну, я помчался в магазин, накупил продуктов и водки. Хотелось от души поблагодарить ребят за то, что они воюют за нашу землю, чтобы тут не было никакой «дыныры».

Тогда многие мои земляки еще не понимали, какой ужас принесет этот «русский мир». Они шли на фейковый «референдум» 11 мая 2014 года в местный Дворец культуры как на праздник. Развесили на зданиях флаги с двухголовой курицей, а на стене у входа в ДК нарисовали флаг «ДНР». Тогда я взял краску-аэрозоль и, подкравшись ночью к Дворцу культуры, это безобразие закрасил. К счастью, оказалось, что я не один такой. Кто-то время от времени срывал со зданий эти «дыровские» тряпки. И пока одни бросались под колеса украинской военной техники, другие бежали в магазин, чтобы ребят с блокпоста подкормить. Мы видели, что у них нет сменной формы. Хотели их домой пригласить — постирать вещи и помыться, да не успели…

Loading...

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.